Без рубрики

Примеры абсолютистских воззрений

Примеры абсолютистских воззренийГраница между внешним и внутренним фактически проявляется как граница между сознанием и материей/энергией, поэтому противоречие здесь разворачивается между сторонниками взглядов о первичности материи и первичности сознания. Несмотря на стремительное сокращение числа сторонников наивного реализма и материализма, утверждающих объективное существование независимой внешней реальности, которая лишь отражается человеком в его внутреннем представлении в процессе восприятия, утонченные версии этого подхода продолжают эволюционировать. По другую сторону находится представление, свойственное феноменализму и идеализму, о том, что реальность определяется познанием субъекта и конструируется в процессе переживания.Примеры абсолютистских воззрений1. Граница между внешним и внутренним фактически проявляется как граница между сознанием и материей/энергией, поэтому противоречие здесь разворачивается между сторонниками взглядов о первичности материи и первичности сознания. Несмотря на стремительное сокращение числа сторонников наивного реализма и материализма, утверждающих объективное существование независимой внешней реальности, которая лишь отражается человеком в его внутреннем представлении в процессе восприятия, утонченные версии этого подхода продолжают эволюционировать. По другую сторону находится представление, свойственное феноменализму и идеализму, о том, что реальность определяется познанием субъекта и конструируется в процессе переживания.

Краткую демонстрацию примеров этих крайних взглядов я предлагаю начать с идей одного из величайших современных представителей философии науки, системного и интегрального теоретика Эрвина Ласло.

«Мудрецы и мистики долгое время утверждали существование соединяющего космического поля в основе реальности, которое сберегает и передает информацию, поле известное как поле Акаши. Недавние исследования в вакуумной физике показывают, что поле Акаши реально и эквивалентно научному полю нулевой точки, которое лежит в основе самого пространства. Это поле состоит из тонкого океана колеблющихся энергий, из которых возникают все вещи: атомы и галактики, звезды и планеты, живые существа, и даже само сознание. Это поле Акаши является постоянной и разворачивающейся памятью Вселенной. Оно содержит запись всего, что случалось на Земле и во всем Космосе и соотносит это со всем, что еще будет происходить».

«С точки зрения европейского здравого смысла, в конечном счете, есть только два типа вещей, которые существуют в мире — это материя и пространство. Материя занимает пространство и движется внутри него – она является первичной реальностью. Пространство служит фоном или контейнером. Хотя оно и заполнено материальными телами, оно и само по себе вполне реально».

«Этот вакуум «реален» и вездесущ в пространстве и времени. Его голографическая структура информирует и формирует физическую Вселенную. Вселенная происходит от сверхпроводящего квантового вакуума и развивается в пространстве и времени, чтобы снова и снова возвращаться назад в исходное состояние, а затем вновь и вновь возрождаться в огненных циклах космического творения».

«Жизнь и даже сознание представляют собой проявление тонкого взаимодействия системы волновых пакетов, известных в классической науке как «материя», с фундаментальным и коммуникационным физически реальным вакуумным полем».

«Познай себя как часть взаимосвязанного, стремительно меняющегося мира».

«Было принято считать, что выливаемые в реку отходы просто исчезают, сжигаемый уголь превращается в дым и улетучивается. Но потом мы поняли, что все в мире взаимосвязано и то, что происходит с нашей планетой, отражается на нас. Задача нашего поколения — восстановить рациональный подход».

«Что хорошо для биосферы, хорошо и для нас».

Сюда же можно отнеси взгляды таких широко известных популяризаторов науки как, например, Фритьоф Капра.

«Мы воспринимаем реальность как сеть взаимоотношений, и наши описания формируют взаимосвязанную сеть понятий и моделей, в которой отсутствуют основы… По мере того как системный подход будет распространяться в научных кругах, идея знания как сети отношений (между природными явлениями) несомненно будет находить все больше сторонников».

«Буддисты высказывают ту же идею, когда они называют окончательную реальность “шуньята”, что значит пустота или вакуум, и утверждают, что это живущая пустота, которая порождает все формы в феноменологическом мире».

С упорством достойным восхищения, являясь автором более 70 опубликованных книг и сотен статей, будучи признанным как основатель философии систем и общей теории развития, Эрвин Ласло протаскивает через все свои работы идею о первичности материи, неосмотрительно называя свой подход «теорией всего». Индивидуальное сознание и коллективная общность либо просто игнорируются, либо сводятся к динамической сети взаимосвязанных системных или квантовых явлений. По сути это означает, что сознанию отводится место побочного продукта, в контексте его способности служить функционированию полей и систем. Другими словами, этот подход сводит смысл моего и вашего существования к поддержанию целостности и стабильности материальных систем и моделей.

Вместо того, чтобы акцентировать внимание на важности резонанса нашего бытия и восприятия с природой и материей, будучи представлены как философия всего, такие подходы колонизируют богатство индивидуального и культурного многообразия, отвергая присущие нам игривость и свободу выбора. Места для свободной игры больше не остается, есть только соответствие нашего поведения законам поведения систем. Мы оказываемся рождены, чтобы сделать системную и квантовую сказку былью. Подобные теории умертвляют эстетику, мораль, духовность и все субъективное, неявно определяя их побочным эффектом материальных систем. Само утверждение о том, что сознание является порождением волновых пакетов – это недоказуемая ненаучная догма, в которую предполагается верить. Нет такого эксперимента, который бы мог это подтвердить (в следующей главе я продемонстрирую эксперимент, подтверждающий обратное). Это одна из форм властного притеснения, на которую чувствующий человек едва ли может согласиться.

Материалисты указывают на один важнейший аспект творения, совершенно забывая о других. Обратите внимание, пиксели на экране матрицы ноутбука или телефона не являются птицей, деревом или океаном. Вне переживающего их человеческого сознания эти разноцветные огоньки не являются изображением, это просто вспышки света. Задумайтесь кто создает из них лес на экране телевизора? Каждый из нас по праву субъекта обладает свободой выбора видеть в потоке бытия свои смыслы и значения. Это касается как грубой физической реальности так и тонкой реальности воображения. Один человек, смотря в направлении леса, будет видеть сырье для производства мебели, в то время как другой увидит загадочную экосистему, которая нуждается в заботливом отношении. Без мнения наблюдателя этот лес не просто не является частью какой-то конкретной системы, его самого объективно попросту не существует, поскольку только человеческое сознание решает назвать совокупность деревьев лесом. В реальности ни леса, ни систем, ни вакуума, ни волновых пакетов не существует, это просто слова, обозначающие наши переживания.

Иными словами, отбрасывая ценность субъективного, интерпретационного аспекта реальности, такие теоретики оставляют нам свободы и уникальности не больше, чем простая погрешность в восприятии объективно существующих материальных явлений. Создателем вашей реальности объявляется очередной физический закон, а не ваши стремления, мечты и надежды. Но ведь нас мотивируют не лептоны, кварки, динамические и нейронные сети, мы переживаем реальность в виде боли и удовольствия, идей и надежд, потребностей и сострадания, страхов и желаний. Представители крайнего эмпиризма исходят из того, что фундаментальная реальность — это материальный мир (любого сорта), и потому считают сознание не более чем совокупностью отражений этого эмпирически воспринимаемого мира. При этом часто утверждается, что мозг — это биокомпьютер, объяснимый с объективной научной точки зрения. Материальный мозг просто обрабатывает данные объективного мира, а субъективная сфера сознания — это побочный продукт, порожденный калейдоскопом физиологических событий.

Но самостоятельных объективных явлений попросту не существует ни в виде объектов, ни в виде полей или систем. Восприятие в значительной степени является интерпретацией, что убедительно раскрывает европейская философия начиная с Иммануила Канта до наших дней. Ни сама Вселенная ни любые объективные ее свойства не имеют смысла и не могут быть удовлетворительным образом объяснены без включения в модель познающего субъекта, продуктом творчества которого они до некоторой степени являются. Только предельное единство выявляется прямым постижением, просто потому, что оно случается при выходе за пределы интерпретирующего и различающего ума. Великим достижением постмодернисткой философии явилось понимание отсутствия предопределенного мира, существующего независимо и отдельно от восприятия. Восприятие — это уже интерпретация и этой темы мы подробнее коснемся в следующей главе.

Эрвин Ласло интуитивно понимает несводимость сознания к материи, и даже декларирует это, после чего общим знаменателем опять ставит материальное энергетическое поле, что само по себе является глубочайшим противоречием:

«Материя и разум реальны одновременно, но они не фундаментальны: они вместе эволюционировали на основе более глубокого уровня реальности. Корни как материи, так и разума уходят в более глубокий слой реальности, который сам по себе не является ни духовным, ни материальным… Реальны обе сущности, но они не являются основными элементами реальности. Материя, как и разум, эволюционирует – начиная с общего замечательного источника, поля нулевой энергии космического квантового вакуума».

Здесь стоит также отметить, что приравнивание квантовой реальности к Дао, пустоте или источнику является примером явного недопонимания духовных истин. Большинство традиций единодушны в определении, что о самом источнике, или изначальном пространстве, решительно ничего не может быть сказано с определенностью, поскольку он свободен от качеств и наименований, запределен средствам выражения. Вакуумный же потенциал, является частью относительного, проявленного мира и именно по этой причине его изучает наука. Энергия квантового вакуума имеет качества, характеристики, объявляется сверхпроводящей и обладающей вычислимой энергией, может быть измерена, а значит не может являться невыразимым бесформенным источником или недвойственной основой. Таким образом, вакуум опять же не может выступать в статусе первичной реальности.

В целом понятно желание физиков втиснуть сознание в материальные представления о реальности и понятно, что это не так просто сделать. Если физике не удается включить внутренние измерения в свои уравнения, то стоит либо подумать о смене методологии, либо умерить свои притязания в отношении объяснения всего бытия методами естественных, то есть внешних по отношению к человеку, наук. Характерно, что одна из последних книг Ласло самоуверенно называется «Наука и поле Акаши: интегральная теория всего». Определение квантового вакуума в качестве источника не отвечает никаким известным научным методологиям и критериям достоверности. Само заявление, что «есть только два типа вещей, которые существуют в мире — это материя и пространство», не является достоверным с точки зрения физики, поскольку не проверяется экспериментально. Мы получаем обновленную метафизику, замаскированную догму и энергичный империализм. Об источнике как и о реальности как таковой невозможно выносить утвердительных качественных суждений, поэтому в этой работе я исследую способ указать на них между границ, в неопределенности без предпочтений.

Все, кто утверждают, что могут предложить интегральную теорию или теорию всего, основываясь только на объективном описании мира или любых условно материальных сущностях типа поля нулевой точки, без учета свободы воли и намерения субъекта, для которого это описание обретает смысл и значение, без учета языка и лингвистических структур, которые создают эти значения, попросту насаждают империалистическую идеологию. Эти теории прекрасны и авангардны в рамках своих внутридисциплинарных моделей и парадигм, но они не имеют права претендовать на объяснение всей относительной реальности, потому что угнетают другие важные составляющие настоящего момента и реальности в целом.

По поводу империализма, важность которого в свое время продемонстрировали теоретики постмодернизма, стоит сделать отдельное отступление. Дело в том, что утверждения об обладании истиной или подлинным знанием автоматически создают властные отношения. Если человек не может предложить вам метод, благодаря которому вы сами можете проверить истинность его утверждений, вам приходится делать выбор, и если вы не можете спокойно пережить незнание, вы попадаете в зависимость от его идеологии. Более всего это касается психологической, духовной сферы и любых предельных вопросов о природе реальности.

По этой причине постмодернисты пришли к заключению, что в основе любого метафизического, то есть недоказуемого экспериментально утверждения содержится скрытая претензия на власть и желание господства. Метафизика – это политика, а значит и духовные традиции и любые другие идеологии – это потенциальный источник угнетения. С этим сложно не согласиться. К обнаружению метафизических суждений об истине постмодернисты были особенно болезненно чувствительны, относя их к категории империалистических притязаний. Будь то утверждение о верховенстве общечеловеческих интересов над интересами индивида или о превосходстве индивида над обществом, положение об источнике сознания в материи или подчинение материи сознанию – все это примеры суждений из категории личных предпочтений, вне явного контекста, не подкрепляемые экспериментально. Любые крайние утверждения подобного рода являются метафизикой и империализмом.

Империализм – это еще одно название процесса функционирования теневых аспектов личности. Если я превозношу внешние, материальные аспекты собственного переживания над внутренними аспектами, то я фактически подавляю или угнетаю ценность субъективной составляющей своего собственного опыта. Со временем это становится привычкой восприятия и я начинаю в лучшем случае игнорировать, а в худшем подавлять и критиковать весь субъективный опыт, как свой так и окружающих. У меня появляется идеология, состоящая в том, что внутренние (или индивидуальные) процессы угрожают внешним (или коллективным) и я начинаю подчинять свою жизнь выстраиванию защит от иллюзорной опасности. Мне кажется, что так я выравниваю равновесие, фактически все происходит с точностью до наоборот – я активно призываю мир подавлять те аспекты реальности, которые не принимаю в себе самом. Сначала я становлюсь империалистом по отношению к себе, затем переношу это отношение в мир.

В основе такой позиции лежит глубинный страх своих собственных ужасающих импульсов и запретных желаний и мне нужен внешний ориентир, который поможет справиться с внутренним хаосом неопределенности. Если я в смятении от своих противоречивых внутренних желаний и не могу с ними разобраться, то могу посвятить всю жизнь на обнаружение внешнего источника смысла, этики и морали. Теории систем располагают прекрасной возможностью для формирования такой компенсации, по существу, позволяя заявить, что все, что содействует системе – хорошо, а все, что ей вредит – плохо. Однако здесь же оказывается, что любой негатив для одной системы является позитивом для другой, а поскольку все системы и явления равноценны в общей сети жизни, то не существует способа указать какая ценность выше, минуя ваше личное предпочтение.

Это вновь свидетельствует о невозможности заменить моральные суждения критериями полезности функционированию систем. Но без моральных, ценностных и смысловых ориентиров едва ли мы можем говорить об исчерпывающем описании реальности, поэтому материалисты протаскивают свою личную мораль, порожденную страхом желаний собственного эго и эго окружающих, и выдают ее за универсальную истину. Переживание себя жертвой неуправляемых внутренних процессов переносится на окружающий мир. Начинает транслироваться ограниченная идея, что без влияния человеческих страстей, развиваясь объективно как взаимосвязанная сеть жизни, наш мир был бы прекрасной самоорганизующейся системой, самостоятельно преодолевающей все переходные трудности развития, подобно тому как неустойчивые термодинамические системы проходят через точки бифуркации. Поэтому достаточно познакомить человечество с теориями сложности и хаоса, чтобы уговорить его вести себя в соответствии с материальными «законами живой природы».

Возможно вы обращали внимание, что наиболее яркими социальными активистами выступают теоретики, склонные к подавлению субъективности и внутренних измерений. Обычно они достоверно знают, что именно нужно миру для гармонии и процветания и находятся во главе множества международных и общественных инициатив. Что особенно характерно для них – это отсутствие сомнений, поскольку их часто не очень интересует наше мнение, смысл, связанный у нас с их теориями. Они знают наверняка как должно быть для гармоничного функционирования общества и всегда готовы рассказать что вам делать чтобы спасти вашу душу, культуру и окружающую среду. Любой диалог, к которому они приглашают, нацелен лишь на то, чтобы очередной раз изложить вам свою аргументацию. Когда Далай Лама говорит, что мы все должны быть добрыми, это не подразумевает обсуждения. Когда Эрвин Ласло заявляет, что мы переживаем планетарный кризис и должны вести себя как согласованная самоорганизующаяся система, то это не выглядит как предложение.

Одни знают какими мы должны быть, другие знают что мы должны делать – все ясно и понятно. До некоторой степени это облегчает жизнь, поскольку избавляет от сомнений. Но мы не можем просто стать добрее по желанию и не можем вести себя как слаженная система, даже интеллектуально понимая необходимость этого. О добре и согласии все многократно слышали еще со школьной скамьи. Иисус учил всеобщей любви и трудами его последователей развернулась жесточайшая в истории инквизиция. Критическая для выживания цивилизации ситуация с экологией известна практически каждому образованному человеку, а корпорации продолжают уничтожать невозобновляемые природные ресурсы. Здесь что-то явно не работает.

Дело в том, что вера порождает лицемерие. Человек не может быть подлинно искренним, живым и сострадательным без создания собственного смысла, без свободы и творчества. Можно верить в то, что мы все должны быть какими-то или делать что-то определенное, но мы все равно не сможем это делать, будем регулярно срываться и пребывать в постоянном чувстве вины. Потому что люди не ведут себя рационально. Мы можем интеллектуально все понимать и соглашаться, но делать мы будем все равно исходя из своих совокупных интересов – индивидуальных и коллективных, внутренних и внешних, грубого, тонкого и причинного тел — сознательно или бессознательно. Если в сфере моих личных ценностей нет той степени вовлечения в широкую общественную жизнь, которую провозглашают эти замечательные люди, вся их аргументация попросту не найдет во мне отклик и не станет мотивирующим фактором. Нам интересны ответы на вопрос «как это устроено?», но мы не принимаем решения без ответа на вопрос «что это для меня значит?».

Не говоря уже о том, что последнее время смена научных парадигм происходит практически каждое поколение. Какие могут быть основания у разумного человека опираться на научный подход к реальности в вопросе смысла и целеполагания, если со времен первых квантовых открытий сама наука согласилась, что изучает не реальность, а наши метафоры описания реальности? Ученые сначала говорят о глобальном потеплении как порожденном деятельностью человека, а после признают, что оно явилось следствием увеличения солнечной активности. Сначала причиной озоновых дыр признается использование фреона, а после говорят о влиянии магнитного ветра. Наука регулярно опровергает те модели, которые она яростно отстаивала вчера.

Между ситуацией в мире и призывами к сотрудничеству и спасению планеты остается огромная пропасть, потому что причины и пути выхода из кризиса называются все время разными. Люди не могут комфортно ощущать себя, полагаясь на науку, поскольку это не устойчивый базис. Все больше людей понимает, что представители науки также не лишены своих теневых аспектов психики, которые вирусами проникают в их концепции о природе реальности. Ситуацию осложняет и то, что представители объективной, внешней науки отрицают значимость внутренних измерений, а значит не особо исследуют свои собственные иллюзии, свой разум и склонны неумышленно создавать идеологии. Чем больше наука узнает, тем больше становится понятно, что она не может быть моральным и ценностным ориентиром для человечества, хотя конечно же речь не идет об игнорировании получаемых ею результатов. Таким образом, восстановить рациональный подход, о котором говорит Ласло, без учета внутренних (и иррациональных) измерений просто не представляется возможным. Человек не является простой батарейкой в большой космической матрице!

В этом смысле людей можно условно разделить на тех, кто признает полное право субъекта на свободу и кто боится этого права. К первой категории обычно относятся демократы и либералы, ко второй – республиканцы и консерваторы. Очевидно, что и Далай Лама и Эрвин Ласло, если судить по внешним и коллективным предпочтениям в их высказываниях, относятся ко второй категории. Вы не услышите от Далай Ламы чтобы он говорил: «Учитесь осознанно проявлять энергию агрессии и возмущения как только вы ее чувствуете, чтобы она не подавлялась и затем не проявлялась неосознанно. Это единственный способ стать добрее». Вы не услышите от Эрвина Ласло: «Учитесь осознанно нарушать сложившиеся в социуме правила и модели поведения, потому что это единственный способ прийти к действительно согласованным действиям». Вместо этого — «будьте полезными обществу», «действуйте эффективно для социума». Те, кто способен чувствовать, осознают в таких призывах двойное дно: пренебрежение личностью на фоне разумной аргументации. Это пример грубого империализма, против которого справедливо выступал Ошо.

Если вы откроете Википедию, то обнаружите огромный список организаций, которые основал и членом которых является Эрвин Ласло. Он создал целый мир, в котором спасает человечество от него самого. Благое намерение материалистов призывает вас не увеличивать чувствительность и степень резонанса личности с культурой и природой, а предлагает встать на дорогу подавления ваших желаний, ради спасения мира как живой системы. Здоровое эго просто не может участвовать в такой авантюре! Идея создания самоорганизующегося общества очень привлекательна, но она известна ученым с внешней стороны, на примерах частиц и клеток, термодинамических и микробиологических систем. Они не имеют представления чего стоило этим клеткам с внутренней стороны достигнуть высокой степени взаимного резонанса – у нас нет общего языка для обмена опытом. Физикам кажется, что достаточно понять внешнюю сторону дела и все изменится, но этого явно не хватает. На примере человечества этой планеты мы все имеем возможность сами прожить важность именно внутренней трансформации, которая является жизненно необходимой для выхода на качественно новый уровень космической согласованности.

2. В качестве одного примера воззрения с противоположного полюса можно взять пробужденного психолога, прямого ученика Свами Нитьянанды и Нисаргататты Махараджа, доктора философии, Стефена Волински. Я люблю его прекрасные книги и мне нравится развиваемое им направление квантовой психологии, но лишь до тех пор, пока он не делает сильных заключительных утверждений о реальности, например, таких как «тебя нет» или «вы создаете свою реальность».

«Я создаю свою субъективную реальность!»

«В реальности наблюдатель загадочным образом создает мысль с помощью наблюдения; наблюдение является творческим орудием наблюдателя. Проще говоря, чтобы наблюдатель имел работу под названием наблюдать, он должен создавать что-то, чтобы наблюдать это».

«Мне потребовалось двенадцать лет, чтобы осознать, что наблюдатель создает то, что он наблюдает. Это мгновенный процесс, когда наблюдатель создает свой объект, и делает вид, что объект всегда был здесь. Я испытал это явление потому что я, как наблюдатель, создавал переживание с помощью наблюдения. Квантовый скачок выводит нас из иллюзии пассивного наблюдения мира в создаваемую наблюдателем реальность».

«Именно тогда я смог пережить на опыте, а не просто обдумывать, принцип неопределенности Гейзенберга. По сути он утверждает, что вся реальность создается наблюдателем. И вот я действительно пережил на опыте, что я сначала создаю те мысли, которые я затем наблюдаю или свидетельствую при медитации».

«Мы можем начать видеть, что те реальности, которые мы интерпретируем как объективные, на самом деле субъективны. Само наше наблюдение, как утверждается в копенгагенской интерпретации, создает наши реальности… Наблюдение создает наблюдаемое».

«Квантовая физика познакомила меня с моей следующей наводящей мост концепцией, принципом “создаваемой наблюдателем реальности”, который утверждает: (1) Когда нет наблюдения, нет и реальности, и (2) наблюдение создает реальность. Проще говоря, вы как наблюдатель создаете субъективную реальность, которую вы наблюдаете».

«Квантовая психология просит практикующего (1) наблюдать, (2) взять ответственность и пережить субъективную реальность, и (3) осознать что наблюдатель создает с помощью наблюдения свои субъективные мысли, чувства и так далее».

На эту же тему я приведу еще несколько цитат из различных источников, свидетельствующих о неверном понимании принципа квантовой неопределенности, превозносящих роль субъекта в конструировании действительности и подменяющих опытные доказательства своими домыслами и природе реальности. В некоторых случаях это связано с неточностями перевода, неуместным применением или размытостью понятий «сознание», «реальность» или «ум». Так или иначе, основное искажение важного смысла происходит не столько из-за слов, сколько из-за претензий на знание первопричины. При этом всеобщий статус приписывается отдельному умозаключению, догматизируется частная интерпретация, вне контекста и доказательства.

«Все есть проекция твоего сознания» из Тибетской книги мертвых

«Реальность это проекция вашего ума» из фильма «Буддизм и наука»

«Свойства частицы не установлены заранее, они определяются самим сознанием, воспринимающим частицу» из фильма «Буддизм и наука»

«Вы – единственный, кто создает вашу реальность» из фильма «Секрет»

«Сознание наблюдателя творит реальность» из фильма «Так что же мы знаем!?»

«Весь этот мир – всего лишь материализация мысленных представлений, проекция сознания» Андрей Нефедов

«Вы создаете вашу собственную реальность» Фред Алан Вольф

«Наблюдатель создает окружающую реальность» Михаил Заречный

«Нет фактов, есть только интерпретации» Фридрих Ницше

«Каждый из нас живет в собственной реальности, которую он может менять по своему желанию, изменяя свои мысли» из рекламы многочисленных тренингов

Подобные точки зрения оказались весьма распространены в наши дни, вероятно, из-за сильных внутренних ограничений и барьеров, в которых их приверженцы долгое время пребывали. Маятник качнулся в другую сторону и новая физика лишь подлила масла в огонь, хотя ни одна из школ современной физики не возьмется утверждать настолько радикальную позицию, что актом наблюдения вы создаете свою реальность или хотя бы определяете положение элементарной частицы, существовавшей до этого как вероятностное поле. Претензия на приравнивание реальности к своему субъективному воображению характеризует симптомы шизофрении, а не передовые теории квантовой физики. Здесь снова имеет место непонимание природы реальности и возведение важного, но частичного знания в ранг универсальной истины.

Действительно, восприятие по сути своей является интерпретацией, но это не дает нам право выступать с заявлениями, что мы не интерпретируем, а создаем объекты восприятия своим наблюдением. Будь то грубые материальные объекты или тонкие объекты ассоциаций, образы или отношения. Если уж ссылаться на авторитет релятивистской физики, то основным ее посланием можно считать признание активной роли наблюдателя в производимом измерении. Другими словами, понимание, что слово «наблюдатель» имеет смысл заменить на слово «участник». Гейзенберг не утверждал, что реальность создается наблюдателем. Измеримая реальность не существует вне сознания субъекта, определяющего ее, но это вовсе не означает, что реальность создается по нашему желанию. Более правдоподобно было бы сказать, что в отсутствие субъекта измерения реальность существует лишь как набор вероятностей, причем не произвольных, а описываемых конкретным волновым уравнением Шредингера.

Стефен в ходе упорной медитативной практики сумел убедиться на собственном опыте, что ничто в восприятии не появляется без нашего на то согласия. Действительно, в глубокой медитации мы входим в состояние, в котором наблюдаем как из ниоткуда рождаются мысли и уносятся затем в безымянное никуда. Можно оставаться полностью отстраненными, пребывая в наблюдении этого процесса, а можно двигаться даже дальше. Аккумулируя энергию в ходе тантрических практик, можно обнаружить, что не только мысли, но даже объекты видимого мира сгущаются из ясного света чистой осознанности только при нашем на то согласии. Сознательно или нет, но мы выбираем какой-то из предложенных умом вариантов восприятия либо остаемся в пустоте неопределенности. В этом смысле мы действительно можем наблюдать только то, в создании чего приняли непосредственное участие.

Проще говоря, вы имеете право не видеть этот текст, свое тело, мысли и привычный мир вокруг, оставляя на некоторое время сознание в свете полной или частичной неопределенности, если у вас накоплено достаточно энергии для реализации такой возможности. Но вы не можете простым решением своего эго создать на этом листе другой текст, другую реальность по своему желанию, игнорируя материальные и культурные тенденции и привычки, сложившиеся к настоящему моменту. Из того, что без моего согласия и/или участия объекты восприятия не создаются, не следует, что я являюсь источником и создателем этих объектов.

Если я выбираю один из десяти видов йогурта в магазине, то это не значит, что я являюсь создателем йогурта! Десять видов йогурта – это вероятностное облако или квантовая неопределенность, существующая до момента покупки. Факт покупки – это фиксация наблюдения, которое уже содержит мое участие и мой выбор, но это не делает меня создателем йогурта на завтрак. В данном случае я выступаю скорее не создателем, но соучастником в создании причины, повлиявшей на появление конкретного вида йогурта в моем холодильнике, причем исключительно в рамках того выбора, который предлагался мне на прилавке магазина. Разве это эквивалентно высказыванию: «ваше сознание создает реальность йогурта на завтрак» или «йогурт – это проекция вашего ума»? Почувствуйте разницу.

Зацикленность на превосходстве своего эго и игнорирование материальных аспектов реальности превращает утверждение «мое сознание влияет на восприятие реальности» в «мое сознание само создает реальность». Этой подменой сегодня пропитаны многие популистские тренинги управления реальностью и практически вся духовность ньюэйджа. Обратите внимание как происходит искажение. Если до момента измерения мы не можем достоверно знать о положении элементарной частицы, то преисполненное важности эго заявляет, что ее просто не существует. Получается, что частицы создает сам факт вашего наблюдения, что делает каждого из нас ответственным за их существование, а поскольку вещи состоят из частиц, то вы оказываетесь создателем всей реальности! С помощью такого ловкого приема материя появляется буквально из ничего – из факта наблюдения, точнее даже из простого намерения наблюдателя. Материя вновь возрождается как проекция сознания, а довольное эго идеалиста получает возможность почувствовать свое всемогущество.

Иными словами, потенциальная и вероятностная форма существования признается эгоцентрическим сознанием нереальной. Пока я лично не засвидетельствовал какой-то факт в мире, он попросту не существует. В магазине нет йогурта, пока я лично его не увидел. Если я перехожу дорогу и не вижу приближающийся автомобиль, то не рассматривается вероятность его существования, для меня он нереален. Так рассуждает личность, пораженная предпочтением к внутренним реальностям и руководствующаяся убеждением «я сам создаю свою реальность». Вместо понимания, что мы не можем делать достоверных утверждений об объективной реальности, появляется верование, что объективной реальности вовсе не существует. Вместо понимания, что любой факт несет в себе субъективный отпечаток интерпретатора, появляется убеждение, что фактов не существует.

Эгоцентрическое сознание идеалиста, не способное выносить туманность неопределенности и взаимозависимости, стремится немедленно закрыть вопрос признанием несуществующим всего, что находится вне его контроля. Все остальное, к чему оно прикоснулось как соучастник, признается созданным им самим – эго должно оставаться в центре мироздания. Сознание материалиста также бежит от неизвестности, но в обратную сторону. Свое соучастие игнорируется, а в облаке вероятностей страстно ищется пока еще неизвестная переменная, которая расставит все на свои четкие места. Например, Эйнштейн верил, что вероятностный характер квантовой механики связан с наличием скрытых параметров, то есть неполнотой описания, а не отсутствием на квантовом уровне жестокой определенности. «Я убежден, что Бог не играет в кости», — писал Эйнштейн Нильсу Бору, критикуя неопределенность квантовых описаний. «Эйнштейн, не указывайте Богу, что делать», — парировал Бор. Дальнейшие исследования в квантовой механике подтвердили, что даже если такие переменные появятся, это не изменит вероятностный характер описаний элементарных частиц.

Стефен понимает уязвимость своей позиции и делает оговорки:

«Каждый из нас определяет свои субъективные реакции в соответствии с реальностью, которую он выбрал. Очевидно, мы не создаем физического проявления мира, например машины на дороге. Но мы действительно создаем наши реакции на физическую реальность… Важно прояснить и подчеркнуть: мы не создаем то, что папа такой, но мы создаем наше субъективное переживание того, что папа такой».

Как только Волински понимает, что не сможет сдержать критику в отношении создания объектов грубого мира, он вдруг полностью отказывается от своего соучастия в этом процессе и занимает противоположную сторону полного детерминизма и превосходства материи над сознанием. Но взамен он полностью приватизирует тонкую сферу, утверждая свое эксклюзивное авторство в отношении мыслей, чувств и приравнивая переживание к субъективной реакции на явления внешнего мира. Чем тогда это отличается от детерминистской картины мира, утверждающей, что сознание лишь отражает феномены объективно существующей материальной реальности? Машина оказывается существующей реально, папа оказывается «таким» реально, а я только могу изменять свое отношение к этим явлениям. Все звонкие лозунги о собственном создании реальности перечеркиваются одним абзацем, демонстрируя слабость и внутреннюю противоречивость начального тезиса.

Между тем, ни грубые ни тонкие объекты, ни даже свидетель не возникают без нашего непосредственного участия и выбора. В этом Волински совершенно прав. Но ни один из этих объектов не создается непосредственно нами. Правом выбора мы соучаствуем в создании субъективной сферы реальности. Другими словами, на смену недоказуемого представления, что грубые материальные объекты явлены нам как данность, а тонкое представление о них является всецело нашим собственным творением, должно прийти понимание, что мы лишь до некоторой степени принимаем участие в формировании объектов восприятия, но делаем это в отношении и грубых и тонких и причинных объектов. В Космосе не наблюдается созидательная эксклюзивность ни отдельного сознания ни предопределяющего начала — внимательно присматриваясь к устройству мироздания, мы везде наблюдаем сотрудничество и взаимозависимость. Отказ от эгоической привычки универсальных предпочтений и определенности является одной из самых сложных, но жизненно необходимых задач на пути взросления человечества.

Стефен Волински в своих книгах раскрывает некоторые важные аспекты влияния сознания на формирование окружающей действительности, но это только частичная истина. Неосторожно возводя ее в ранг абсолютной, он поддерживает эгоцентризм и нарциссизм всех тех несчастных, кто наивно верит, что их эго действительно создает реальность. Одно из типичных представлений ньюэйджа гласит: чтобы у вас всё было хорошо, думайте хорошие мысли и не думайте плохие. Мыслите позитивно — поскольку вы сами творите свою реальность, обязательно случится то, о чем вы думаете. Соответственно, если вы больны или не имеете супруга, значит вы недостаточно любящий человек. Если вы бедны, значит вы недостаточно думаете о деньгах. Если эго создает реальность, значит оно же может ее изменить. Для всемогущего эго нет ничего невозможного. Мыслить позитивно стало синонимом подавления беспокоящих импульсов и страхов со всеми вытекающими последствиями. Только люди, не имеющие никакого опыта в медитации могут полагать, что люди управляют мыслями по желанию. Кто же предложит сознательно идти в боль, чтобы трансформировать страх в недостающий ресурс?!

Авторы фильма «Секрет» заявляют, что секрет состоит в законе притяжения — подобное притягивает подобное. Этот секрет якобы гарантирует чудеса обогащения, исцеления и обретения душевного равновесия. Повторяйте аффирмации о новой машине, квартире, работе и все это вскоре появится в вашей жизни. Эти люди попросту не осознают и не учитывают объективную и культурную обусловленность. А что происходит если пять кандидатов только и живут мыслью о президентском кресле? Кроме того, авторы не договаривают, что на реальность в равной степени влияют наши бессознательные желания и импульсы. Если вы, например, подсознательно боитесь больших денег, но сознательно заявляете желание значительно увеличить свои доходы, то вероятнее всего вы привлечете не деньги, а напряженную ситуацию, в которой от вас потребуется проявить особые качества, необходимые для состоятельного человека. Если вы окажитесь не готовы к радикальной трансформации, такая ситуация может лишь усилить страдание и чувство собственной ничтожности.

Создатели фильма прекрасно чувствуют связь между мыслями и внешней реальностью, но их интерпретация, в которой психологический компонент причины явлений делается ее единственным компонентом, оказывается менее, чем удовлетворительной. В этом мире все связано со всем даже просто в силу иллюзорности границ — в этом нет особого секрета. Секрет скорее в умении действовать, заранее осознавая создаваемые сценарии. Этому будет посвящена вторая часть книги.

Обратите внимание, в обоих случаях речь идет о самой связи между сознанием/мышлением и материей/энергией, об их взаимозависимости, о связующем резонансе, который сначала непосредственно чувствуется как напряжение неопределенности и далее индивидуально интерпретируется. Отождествляя себя в большей степени с интересами отдельного сознания, эта связь болезненно переживается как материальные ограничения на пути разворачивания индивидуальной фантазии и творческого воображения. Отождествляя себя в большей степени с материальными интересами, эта связь переживается как опасное свободомыслие, мешающее гармоничному функционированию рационально организованной Вселенной.

Сама же связь материи и сознания остается вне определений и любые утверждения о порождении сознания материей или материи сознанием являются домыслами или иллюзиями, порожденными неспособностью комфортно переживать неопределенность. Мы чувствуем напряжение границы между сознанием и материей, между формой и смыслом, но сама по себе граница остается вне качеств, свойств и определений. Можно утверждать о неразрывной связи между ними, о взаимном влиянии, но говорить о причинности здесь не приходится.

Если немного утрировать, то материалист всюду видит детерминированность и обычно теряет из виду свободу выбора и право на предпочтение. Идеалист наоборот всюду видит свободу выбора и теряет из виду объективную обусловленность. Первый видит только десять предложенных кем-то йогуртов, второй — только свою единственную выбранную баночку. Один нервничает от богатства выбора, другой испытывает стресс от ограниченности вариантов. Первого раздражает человеческая непредсказуемость и он склонен проявляться в мире как империалист, второго раздражает ограниченность внешнего ресурса и он склонен проявляться как экстремист. Оба оказываются наполовину правы, но слепы на один глаз, оба не могут принять ситуацию без сопротивления. Каждая из этих склонностей оказывается лишь недоказуемой метафизикой. Понимание границы внешнее/внутреннее предполагает признание неопределенности первопричины, принятие как права каждого субъекта на особое мнение, так и права всего творения на историю и инерцию.

Обе спорящие стороны часто обращаются к квантовой физике, но каждый видит в ней свое: для одних электрон в большей степени частица, для других – волна. Принцип неопределенности Гейзенберга говорит о том, что у нас есть выбор, ни больше ни меньше. Реальность не детерминирована, но она и не творится одним наблюдателем. Мы ничего не создаем самостоятельно: ни самого наблюдателя, ни тонкие мысли и образы, ни грубые объекты пяти органов чувств, но мы активно соучаствуем в их возникновении. В той степени, в которой мы осознаем пластичность восприятия и свое право выбора, мы можем выбирать интерпретацию нашего потока бытия.

Одним из важных посланий постмодернистского витка философской мысли стало понимание, что мы не просто воспринимаем или отражаем независимо существующую от нас объективную реальность, но активно интерпретируем возникающие импульсы, создавая свой субъективный образ реальности. При этом сам образ создается не произвольно, а плотно встроен в материальные и культурные контексты и сети, которые во многих смыслах определяют, что мы вообще можем увидеть в потоке восприятия. Это касается всех трех тел и их объектов восприятия: объектов грубого мира, нашего отношения к происходящим в нем событиям и даже самого ощущения себя живым – мы выбираем все, что переживаем, но из тех вариантов, что представлены в вероятностном поле. Материальная основа служит обязательным внешним контекстом, а культура служит внутренним фоном для любых индивидуальных интерпретаций, которые могут у нас возникнуть.

Интегральная мудрость по-прежнему предполагает не привязываться ни к личным психологическим ни к материальным аспектам бытия (НИ/НИ), но в любой возникающей ситуации требует осознавать и всесторонне учитывать максимальное число интересов (И/И). К ней ведет способность чувствовать неразрывную связь тела и личности, культуры и материальных систем; способность оставаться в бдительной неопределенности и изумленной открытости в любых пограничных ситуациях, не теряя способность к мудрой и заботливой деятельности, что оказывается сутью освобожденности сознания от транса универсальных предпочтений. Личность не отделена от материальной и социальной среды. Истина не может быть найдена в отрицании любого из пограничных полюсов. Просветленное сознание воспринимает и внутренние и внешние измерения реальности простыми объектами на экране восприятия, в равной степени любимыми и учитываемыми. Оно не сливается ни одним из этих объектов, остается свободным от предпочтений и восхищается непредсказуемостью жизни.

Рецептом для устранения как привязанности так и отвращения является критическое мышление и исследование новых возможностей. Как только вы чувствуете, что в ситуации появилось напряжение этой границы и вас начинает раздражать меняющаяся ситуация, необходимо остановиться и проявить любопытство в отношении факторов, вызывающих изменения и угрожающих текущему представлению о том как все должно быть. Чтобы снять внутреннее напряжение и сохранить любящее принятие нужно одновременно исследовать и учитывать внешние изменения и твердо помнить о своем праве на собственную внутреннюю интерпретацию. Мудрое решение рождается только с учетом этих обоих факторов.

Мы можем обнаружить важное послание об общественной составляющей истины у Эрвина Ласло и о личной ее составляющей у Стефана Волински, благодарно принять обе части знания и оставить в стороне лишь их претензии на исключительность. Они тоже имеют право на жизнь, просто порождают кармические сценарии борьбы, которые не относятся ни к мудрости ни к чистоте. Мудрость свободна от борьбы, она провозглашает любовь и практическое принятие. Мудрое послание оставляет человеку право выбора, указывая на границу и возможные варианты последствий. Выше мы разобрали еще два радикальных предпочтения.

Мудрец не может выносить позитивных утверждений о реальности вне контекста и метода, поскольку понимает их условную, проективную природу. Представители науки уже также знают это правило, зафиксированное в научных методологиях. Однако крайне сложно удержаться от соблазна поверить в свою универсальную правоту, потерять чистоту и непредвзятость, поддаться предпочтению, особенно когда оно частично подтверждается опытом. Мне это хорошо знакомо, поскольку здесь я исследую эти же предельные вопросы. У человека нет таких инструментов, которыми можно исследовать причинность, связанную с пятью границами, за исключением состояний мистического единства. Отчасти это значит, что ближайшей перспективой ученых станет вызов двигаться в направлении духовной реализации для понимания окончательной природы реальности. Последнее столетие это уже активно происходит.

Олег Линецкий, 2011
Отрывок из книги «Игра. Руководство пользователя», глава 8